Библия бедных (fb2) | Флибуста

Но потом я услышал все целиком: И операция-то была простая. Могу отравить вам город. Особенности говора крестьян, населявших окрестности новгородского городка Копорье, ее заинтересовали настолько, что в году она делает такую пометку: Нинель пришла, и в кабаре запахло пирожками. Вот тогда и продиктуем условия! Обойтись без этого ценного предмета туалета при езде верхом, сами понимаете, проблематично — сотрешь ноги до крови о потные конские бока. Когда он прииять правда ослеп, он уже не просил денег, только бродил у моря и бормотал: Но он являлся довольно ценным источником информации и без него я бы потерял преимущество. Вы наверное знаете историю о "шпионском камне". Она была тоже пьяна и шевелилась под ним как раздавленная. Атомы состоят из ангелов Не тот бездельник, кто сидит без дела, а тот, кому делать нечего. Соседи выбежали на рев и вызвали кого надо, мужчину нашли, надавали ему слегка по морде, и сыщик с длинной, похожей на кишечник улыбкой, включил запись. Дракары северных конунгов суют в это время свой нос повсюду, а их воины тащат все, что плохо лежит. Финны, прежде всех узнавшие лежащий напротив Швеции берег Рослаген, с которым они издавна контактировали, по имени этой пограничной земли дали всей Швеции название Руотси, а народу — руотсалайнен. А девочка — я не был там, понимаете, я там не был, а то бы взял исправил все коллекциорера месте и навсегда — а девочка ответила: Меж тем Андрей купил новый подержанный мобильник и все вокруг фотографировал — то кота, то палец, то стену, то окно.

Библия бедных (fb2)

И, наконец, самое страшное — после долгих поисков истоки трипольской культуры обнаружили именно на территории Румынии. Отсюда она расползлась концентрическими кругами, перевалив сначала Дунай, потом Днестр и, наконец, подойдя к Днепру. Собственно, поселение, раскопанное Хвойкой у Триполья — всего лишь ее крайний восточный форпост. Так сказать, ноги, которыми она отбивалась от наседавших из-за Днепра дикарей.

А голова и грудь с романтически бьющимся сердцем — в Румынии! Брюхо — в Молдавии! Украине же, образно говоря, досталась только филейная часть с нижними конечностями. А теперь давайте остынем и спокойно разберемся, из-за чего, собственно, весь сыр-бор. В общем, налицо миф о потерянном золотом веке. Но если отбросить романтику, получится куда более скромная картина. По уточненной методом радоуглеродного анализа хронологии, трипольская культура существовала примерно с V тысячелетия до нашей эры на территории Румынии и с IV — на юго-западе нынешней Украины.

А земледельческая революция произошла в VIII тысячелетии до Рождества Христова на Ближнем Востоке — еще в те времена, когда под Киевом шлялись стада первобытных охотников. Так что отнюдь не трипольцы научили Вселенную печь пирожки. Конечно, славно, что на поселении Майданецкое дома стояли десятью концентрическими кругами и было их аж две тысячи!

А теперь переведем этот счет на нормальный язык. И был он просто большим, разросшимся, но все-таки селом. Даже мегаселом, если хотите, но никак не городом. Для сомневающихся приведу пример одного такого всеукраински знаменитого села — Гуляйполе. По сути их можно сравнить с современными большими совхозами — теми самыми, где все удобства во дворе. Можете представить качество постройки? Куда проще предположить, что очередной катаклизм случался просто в результате неосторожного обращения с огнем.

Нет никаких доказательств и мирного характера трипольского проторая. В Молдавии раскопали два древне-трипольских домика на поселении Друцы. Один из них был, как мишень, засыпан тучей стрел. У угла второго валялось еще с десяток. Признаки силового решения конфликта — налицо. Причем все наконечники одного типа. Резали, иначе говоря, друг друга!

И все у них для этого было — и топоры-молоты, и бронзовые ножи, и, естественно, никого не удивлявшие даже в те времена обычные копья. И так со всем, что хоть как-то касается Триполья. Не цивилизация — формула. Подставляй значения, какие хочешь. По одной версии, магически посудины для вызывания дождя. По другой, через них просеивали человеческий пепел на поле, чтобы урожайность была выше. По третьей — самой смешной — ничего не просеивали, а просто обтягивали донышко кожей и лупили, как в барабан.

Кстати, проводили эксперименты — очень даже громко получается! Как у негра на тамтаме. Недавно киевский научный мирок потряс очередной скандальчик. Один из местных археологов — кстати, тоже большой фантаст — заявил, что культура Триполья-Кукутени, возможно, была связана с прашумерской или прасемитской цивилизациями Ближнего Востока. Во избежание всяких антисемитских выходок.

Возможно, так оно действительно лучше. Но что касается этнической принадлежности трипольских костей, то чьими только их не объявляли! И вообще какими угодно. Ведь даже на отрезке от Киева до Канева в IV тысячелетии до н. Но почему же тогда наши коллекционеры из новых украинцев так вцепились в эти горшки? Ответ прост — по бедности.

Украина — провинциальная страна с нищими олигархами. Денег, чтобы купить Рембрандта, у них, в отличие от японцев, все равно нет. Действительно стоящее — скифское золото, античные ювелирные изделия из причерноморских городов — давно собрано до них и покоится в Эрмитаже. Ее-то и приходится грести. А что еще остается? Трипольская культура угасла в III тысячелетии до н. Первые же исторические свидетельства о славянах относятся только к началу I тысячелетия н.

Исторический промежуток между ними — двадцать веков! Кроме того, прародина славян, как мы уже писали в первой главе, находится на территории Полесья. Византийские историки описывают их как типичных лесных жителей. Но трипольцы вообще никогда не расселялись на территории лесной зоны. Их культура полностью вписывается в лесостепную полосу, осваивать которую украинцы станут только в XVII столетии н. О каком тождестве между украинцами и трипольцами можно после этого говорить?

Скифы — упыри и наркоманы Собирателей фольклора издавна интересовал один вопрос: Мирная добродушная нация просто не могла породить их в массовом количестве. Тогда, может, память наших пращуров зафиксировала некую психическую травму, пережитую на заре истории? А почему бы и нет! Уверен, именно столкновение со скифами породило у предков славян самый ужасный пласт народного творчества. Сейчас скифы вызывают умиление. Археологи охотно раскапывают их курганы.

Золотые побрякушки из могил древних степных царей составляют предмет гордости музейных собраний. А какими были их владельцы при жизни? Головы убитых в бою несет царю, ибо только тот, кто принесет голову, участвует в разделе добычи С головы скиф сдирает кожу следующим образом. Обрезает голову по кругу возле ушей и вытряхивает ее, а потом вычищает мясо бычьим ребром и разминает кожу руками.

Вычинив, употребляет эту кожу, как платок. Он привязывает ее к уздечке коня, на котором ездит, и гордится этим. Тот, кто имеет больше всех таких платков, считается самым храбрым. Скифы вообще были потрясающими специалистами по работе с человеческой кожей. Других таких ни до ни после них в причерноморских степях не водилось. По уверениям Геродота, многие из этих скорняков умудрялись аккуратно содрать с правой руки противника кожу вместе с ногтями, не повредив ее. Он переходил к высшей стадии своего древнего искусства — начинал шить чучела из незадачливых соперников.

Древние всадники наших степей последовательно и целенаправленно воплощали в жизнь принцип: Из голов особенно досадивших противников они мастерили столовые сервизы. Так делают и с черепами своих домашних, если с ними поссорятся и когда перед судом царя их победят. Когда приходишь к такому в гости, он выносит те головы и рассказывает, что это, мол, были его родственники, с которыми он разошелся во взглядах и которых поубивал.

Особенно скифы любили жертвы Аресу — богу войны, которого почитали в виде меча. В каждой скифской области находилось святилище этого демона. Кропили голову бедняге вином и закалывали над ритуальной чашей. Кровь сцеживали и выливали на меч. Правое плечо жертвы вместе с рукой отрубали и подбрасывали в воздух, а потом весело гикнув, оставляли труп гнить на месте и расходились по домам. Древних греков, засевших по берегам Черного моря в торговых городах-факториях, такой образ жизни повергал в изумление.

Особенно удивляла их катавасия, которая начиналась в скифском обществе, когда заболевал царь. Скифы любили клясться царским костром. Болезнь царя они объясняли тем, что кто-то дал такую клятву, но не сдержал ее. Набегала толпа гадателей — искать виноватого. Как они там его определяли, осталось навеки производственным секретом. Но определив, тут же отрубали голову, а добро делили между собой. Хуже было, если царь не выздоравливал. Много волов сгорает вместе с гадателями, а некоторые обсмаленные дают деру, если сгорит дышло.

Точно так же сжигают гадателей и за прочие вины и называют их лживыми вещунами. Высшим наслаждением для скифа было принять участие в пьянке у местного начальства. Раз в году каждый правитель округа готовил сосуд для смешивания вина. Лакать его допускали только скифов, убивших врага в бою. Те же, кому не повезло, сидели в сторонке и облизывались, жалобно скуля — без почести. Это считалось самым большим бесчестием. А тот, кто успевал за сезон настричь много скальпов, — получал дополнительную порцию.

Он хлебал сразу из двух чаш на зависть неудачливым соплеменникам. Делать вино самостоятельно скифы не умели, а потому покупали его у греков чуть ли не как стратегический товар. На всех, естественно, не хватало. Поэтому в обычное время скиф наркоманил — обкуривался коноплей. Но изобрести косячок или хотя бы примитивную люльку у него не хватило ума. Коноплю использовали исключительно экстенсивно! И тем не менее Просто не могу удержаться, чтобы не процитировать снова Геродота: Такой образ жизни эти степные обыватели считали воплощением совершенства.

Подоил коня, отстриг голову врагу, накурился конопли, съездил к правителю на пьянку. И снова по кругу. Тех же, кто пытался перенять новомодные обычаи, скифские консерваторы строго карали. Единственного на всю страну философа Анахарсиса убили за то, что он стал поклоняться Кибеле — матери богов в греческом пантеоне. Царя Скила прикончили, когда он решил прогуляться в Ольвию, чтобы поучаствовать в чествовании бога вина Диониса. Образ жизни кровопийц на конях, увешанных скальпами, поразил наших предков настолько, что навеки осел в славянских мозгах.

Не то, чтобы эти лесные дядьки были слишком мирными. Они тоже могли прирезать соседа по недоумию или в пьяной драке. Но чтобы вот так, за здорово живешь, сдирать с пленных кожу, дегустировать человеческую кровь и окружать царские курганы стражей из мертвецов — этого бедняги вместить никак не могли. Что-то было в скифах настолько демоническое, что пугало даже этих язычников, поклонявшихся мелким лесным бесам. И хотя скифов изгнали во II веке до н. Так они и остались навеки воплощением высшего ужаса — степными упырями, вылезающими из своих могил пить человеческую кровь.

Германия в степях Украины Давно замечено: Причем явление это массовое — вроде эпидемии. Эдакое одновременное помрачение мозгов. Все, что до II века — ясней ясного. Сначала в наших степях жили киммерийцы. Потом их турнули скифы. Потом пришли сарматы и выгнали к чертовой бабушке скифов. Которая, если почитать отечественные археологические труды, вообще неизвестно чья. Просто не культура, а сирота казанская! Но кому-то же она все-таки принадлежала?

Конечно, все концы в мутную академическую воду спрятать так и не удалось. Даже в школьном учебнике по античной истории есть загадочный эпизод. На челнах и плотах десятки тысяч этих варваров преодолели границу, проходившую как раз по этой реке, и затопили Дакию — нынешнюю Румынию. И даже в году разбили под Адрианополем армию римского императора Валента, которого на радостях зажарили вместе с какой-то халупой, где он спрятался.

Но ведь за Дунаем, откуда пришли готы, в этом самом Северном Причерноморье — наша нынешняя южная Украина. Получается, германцы жили тут еще до украинцев? Да, господа, именно так во II—IV веках и было. Готы, тщательно описанные в римских и византийских хрониках, изначально обитали на севере — в Скандинавии — Скандзе. Свалиться в Украину с воздуха, наподобие гитлеровских десантников на Крит в году, они не могли.

Не было еще ни самолетов, ни парашютов. Весь долгий путь с севера до южноукраинских степей эти суровые светловолосые хлопцы проделали на конях, телегах и просто пешком. Вместе с детьми и семьями. Не ведавшие контрацептивов, эти раннесредневековые люди размножались в геометрической прогрессии. А мора или стихийного бедствия, регулирующего их поголовье, как на беду, у природы под рукой не нашлось.

Вот они и стали сами стихийным бедствием для окружающих. Промаршировав Восточную Европу с севера на юг, они расселись от Дона до Дуная, подчинив себе все, до чего только дотянулась их жадная истинно арийская рука. Весной года днестровская флотилия готов достигла Боспора и ограбила Халкедон и Никею. Через несколько лет их наскоку подверглась Фракия — территория нынешней Болгарии. Вершиной же бандитских успехов стал поход года. Тогда, выйдя из устья Дона, готский флот достиг Греции — знаменитых Коринфа и Афин.

Афиняне под предводительством историка Дексиппа предприняли отчаянную попытку защитить свои дома. Однако нападавшим все-таки удалось затариться до предела античным барахлом, представляющим сегодня немалую ценность для музейщиков и коллекционеров. Наибольших размеров готское государство достигло во второй половине IV века, когда им правил Германарих. Ему удалось подчинить даже те отдаленные места, где нынче находится Москва, а в раннем средневековье жили угро-финнские племена морденс мордва , меренс меря и васинабронки белая весь.

Но ничего не стоит великое число негодных для войны, особенно в том случае, когда и бог попускает и множество вооруженных подступает Все они подчинились власти Германариха. Умом своим и доблестью он подчинил себе также племя эстов, которые населяют отдаленнейшее побережье Германского океана. Однако готы не были только погромщиками. Первыми из германцев они восприняли христианство и письменность римского образца. В IV веке епископ Ульфила перевел для них Евангелие. Отрывки из него сохранились в так называемом Серебряном кодексе — необыкновенно красивой книге, написанной на красном пергаменте серебряными буквами.

Хорошо известен археологам и готский женский костюм. Своих женщин они хоронили в полном наборе праздничных украшений — широком поясе с большой пряжкой и платье, схваченном на плечах двумя застежками, имевшими вид орлиных голов или пальчатых фибул. Серебряные чеканные пряжки этих поясов даже сейчас составили бы честь любому кутюрье. Отголосок тех времен остался и в скандинавских сагах, упоминающих Данпарстад — столицу готов на Днепре. Мюрквид — в переводе Черный лес. Он существует до сих пор на правом берегу Днепра выше Запорожья.

Даже сегодня он поражает своими размерами. На автомобиле его проезжаешь минимум за час. Камень в излучинах Данпа легко идентифицировать с днепровскими порогами. А что касается Данпарстада, то некоторые из дореволюционных историков предполагали, что он предшествовал нынешнему Киеву. И все-таки в конце IV века готы были вытеснены из Украины новым страшным врагом — гуннами, явившимися из задонских степей.

Остановились они только в Испании, где составили высший класс общества и королевскую династию. Но до XV века просуществовало маленькое готское княжество в Крыму, разрушенное только турками. Я знаю это потому, что со мной был мой слуга немец. И даже еще в конце XIX века профессора Киевского университета св. Прогремело имя гунна Аттилы. Но кем он был — диким кочевником-азиатом или гордым славянским князем Богданом Гатылом, как написал один остроумный киевский литератор?

Аттила был веселый парень. У него была даже своя Верка Сердючка. Ничего удивительного, что некоторые из украинских историков тут же решили: Он ехал впереди на сером в черных яблоках жеребце, похожем на того, что был у него в детстве. Возвращался с победой, ведя за собой три сотни молодых ясичей и саков. Пленные шли с тонкими цепочками на шеях, убогие и прибытые долгим путем, совсем не похожие на тех, что ополчились три дня пред сим супротив его можей. Шли, семеня босыми ногами, покрытые пылью и изнуренные — можи отдельно, жоны и девы тоже, скованные по четыре в лаву.

Выпущенная в году книга вызвала целый переполох. Известного по историческим хроникам предводителя кочевого племени V века автор изобразил С перепугу дурноватые киевские чиновники не придумали ничего лучшего, как узреть в этом национализм. С тех пор раз за разом приходится слышать: Гунны — древние русичи — предки нынешних украинцев? А Аттила и действительно того — наш родич? Увы, и рад бы приписать кусок мировой истории пращурам, но тяжесть фактов не дает воспарить легкомысленной фантазии.

Когда наши предки еще не умели писать, высматривая по лесным чащобам дупла с аппетитным диким медом, деяния гуннов подробнейшим образом задокументировали римские историки. И принять этих грязных немытых кочевников за симпатичных молодцов в вышиванках можно только, страдая исторической близорукостью. Видевший, в отличие от нас с вами, гуннов воочию римский хронист Аммиан Марцеллин, описывает их как типичных монголоидов.

Они не знали ни изб, ни плуга, ели полусырое мясо и сражались только верхом, бросаясь в бой с арканом, мечом и диким ревом. Войско сопровождал весь народ — семьи на повозках тянулись вслед за отрядами конных воинов. Аммиану вторит историк VI века гот Йордан: Европа до гуннов не знала монголоидов. Поэтому, когда они появились в IV веке из-за Дона, их безбородая внешность казалась просто необъяснимой.

Поэтому они стареют безбородыми, а в юношестве лишены красоты, так как лицо, изборожденное железом, из-за рубцов теряет своевременное украшение волосами. Именно как типичного монголоида описывает Йордан и Аттилу: Мог ли этот уродец быть славянским князем? Зато его отличало другое: Он отрекался от римской старины, от всего, что римляне считали дорогим и великим. Говорил, что подвиги цезарей — суета сует.

Рим построен на крови. Один из братьев — основателей города — убил другого, как Каин Авеля. Все государства земные, все, что создано руками смертных, должно непременно пасть. Все это держится только на злобе и властолюбии, внушенных дьяволом. Есть только одни град истинно вечный — град Божий, церковь, и глава его — Иисус Христос. Такая идеология не могла не подавить волю к сопротивлению. Когда Аттила, перейдя границу, обрушился на империю, римляне увидели в нем наказание за свои грехи и прозвали Бичом божьим.

Но были и те, что собирались сражаться. Предание гласит, что Аттила получил найденный в степи меч бога Марса Арея и был уверен в том, что сделается владыкой вселенной. Сначала он рванул на Балканы и разорил Восточную римскую империю, а затем повернул в Галлию, осадив Орлеан. Доведенное до крайности население, как рассказывает средневековый хронист Григорий Турский, обратилось к епископу города Аниану.

Последний посоветовал молиться и смотреть в даль, не припрется ли кто спасать грешников. И действительно, на горизонте поднялось облако пыли — это шел на выручку римский полководец Аэций. Деблокировав Орлеан, Аэций дал в году знаменитейшее сражение на Каталаунских полях в Шампани. Визиготы и франки сражались на стороне римлян.

Аттила вынужден был отступить и ушел в Паннонию, где нынче Венгрия. На следующий год он повторил поход, вторгнувшись в Италию, но Рим так и не взял. Одни утверждают, что его остановила чума. История их войны вела чуть ли не в Хрущевские времена, целая война семей. В итоге у мужика не выдержали нервы и он разнес и без того разнесенную щщину терпилы. После чего попал под следствие и ему были вменены сразу несколько статей УКРФ.

Вскоре после этого его должны были забрать под стражу и посадить в тюрьму. Но он являлся довольно ценным источником информации и без него я бы потерял преимущество. Мною было принято решение прийти на прямой разговор к алкашке. Она заявляла, что настроена серьезно и мне её не отговорить. Она мол знала, что все будет сложно, что она мол знала что так будет, ведь тот мужик шикарно одевается и тут прихожу я.

Сумму приза я поднимал вплоть до 50 рублей, она шла в отказ. Козырем в рукаве оказалась фраза "Мы будем вынуждены принять меры". В итоге мне пришлось составить компанию прослезившейся избитой женщине. По-гусарски пить водку и пускать скупую мужскую слезу, ругать мусаров и путена. Эпитетов не хватает, но ситуация была довольно смешной. Главное - цель была достигнута.

Какими качествами должен обладать человек, который хочет служить разведчиком? Хоть и работа в основном "цифровая". Да, это самое главное. Если тебя застали ночью в неработающем офисе в маске, крутящим какие-то провода и с фонариком во рту, ты с каменным ебалом должен сказать, что чудом спас всех от короткого замыкания. Как только ты остановишься на какой-то версии, ты проиграл. В общем нужно фигурально выражаясь "дышать" ложью. Еще важный навык - уметь находить решения в любой ситуации.

Смотреть на все под разных граней и уметь действовать. Какие самые плохие условия, в которых доводилось работать? Если можно так ответить - в криминальных условиях. Это не внедрение в банду. Мне пришлось воровать из офиса эстонской компании деньги. Я заходил несколько раз ночью, вскрывал отмычкой замок, открывал легкий сейф и вытаскивал примерно четверть всех денег. Так делать приходилось несколько раз, для того, чтобы подозрения в компании пали на собственных сотрудников и они приняли некоторые действия, которые сыграли бы нам на руку поставили охранную систему, доступ к которой у нас был через собственных агентов Чувтвовал я себя ужасно мерзко и противно.

Часто ли вы путешествовали по работе? Я работал в Службе Внешней Разведки. Так что путешествия и были моей основной работой. Самыми древними и надежными методами. Если ты хоть где-то как-то связан с информацией, которая может быть полезна СВР - будь уверен, к тебе заглянут попить чайку и ты не отвертишься, у нас еще работают методы, оставшиеся со времен холодной войны. Кто-то клюет на рассказы о том как круто и романтично быть секретным агентом, можно рассказывать хоть всем шлюхам подряд, что ты СЕКРЕТНЫЙ агент иначе нафиг им быть , а кого-то ставит в тупик банальное "Мы будем вынуждены принять меры" Какими методами вы шифровали сообщения и послания?

И положил контракт в стол, закрыл стол на ключ, а кабинет на защелку. Давным-давно шел снег, и отец наказал Риту кулаком, а потом ногой в рот, и проволока скрепляла разбитые кости. Ткни — лицо развалится. Рита изредка плакала в кошек, с трудом говорила и четырежды в неделю давала себя трогать, но не любить. Время гнуло всех, всех гнуло, а Риту нет. Она никогда не улыбалась и вообще редко шевелила лицом. От этого кожа была гладкой и нечеловеческой. Постоянный посетитель коммерсант Сергей Петрович выпивал семь водок, доставал шмат денег и шептал: И Рита давала себя трогать сверхурочно.

Хотя никакая она не японка, совершенно русское лицо и нос к небу. Сергей Петрович был ей другом. У меня уже ничего не работает, сила ушла в бизнес, в бизнес ушла сила вся. Убью, сука, если им скажешь. А сейчас дай сюда поглажу ногу, хорошая моя. На излете ночи сидели рядом, пьяный часто прикасался и спрашивал про жизнь. Рита берегла слова и была точна в них. Вот стул, сядь, встань, поверти задницей по кругу, наклонись.

Поставь ногу на стул, высунь язык— сука, нежнее высунь — садись рядом. Видишь — ты робот. Я тебя люблю, вот тебе денежек, хорошая моя. Однажды Рита поцеловала кошек сомкнутыми губами и уехала в город побольше. Лишь прикосновение к кошке прекрасно, а люди и предметы — отвратительны. Поезд шел ночь и ночь, и вонял вечностью.

Проводники играли в карты на удар по морде, и до утра в тамбуре стояла кровь. На нижней полке дышала старуха, которая помнила войну, но не помнила какую. Рита вышла курить, а за ней выполз проводник почти без лица. Ничего от меня не осталось. Иди лучше в проводники. У нас, во всяком случае, чай. Мир посмотришь — то туда, то обратно. А в карты можно и не играть. Рита напряглась и сказала длинно: Хочу, чтобы только смотрели, а не трогали. Тоже танцевала в кабаке.

Проводник молча курил, с него капало. Рита протянула руку к форменному тулупу и погладила воротник. На отборочный тур приехало триста женщин, читать стихи. Лампы дневного света трещали в глаза. Риту объявили, она вышла в центр и застыла как покойница. Какие-то люди распоряжались всем и скучали, шевеля пальцами. Вот стул, сядьте, встаньте, подышите глубоко, пройдитесь. Спокойней, вы не в борделе.

Видите — вам легче. Время гнуло всех, гнуло-мяло, а Риту чуть меньше прочих. Она вернулась почти прежней и побежала с вокзала работать. Сергей Иванович выпил уже двойную норму и нежно смотрел, как Рита ходит полуголая между столиками. Прикасался и спрашивал про жизнь. Рита сдвигала и раздвигала ноги, вертела задом и мотала грудью, не меняя лица. Сказали — дура, издеваюсь. Но есть Одри Хепберн. Сергей Иванович заплакал, как все пьяные мира— просто вода незаметно пошла по лицу.

Спасибо, что посидели с кошками. И в кухне тоже нассано. А так все хорошо. Добрые дети Из кофейных зерен и винных ягод сложили мы наши буквы. Птицы и ветры разнесли их по городам. В каждом бедном районе когда-то боялись бомбы и вырыли что-нибудь под землей. И у каждой дыры под землю повесили белый лист. Со словами про музыку, смех, страдание и кофе на халяву — каждый вечер. И тогда человек усмехнулся, кинул в стену стакан, посмотрел на зеленые брызги и повел нас наружу.

То вровень с домами, то ниже луж. А если вглядеться — да просто высокий мужик немного бандитского вида. За ним Нинель, затмевавшая звезды. Но если не принимать сияние в расчет — ну, хромая баба, а звезд в городах и так не видно. Шел Циклоп, звенело стекло, шуршали таблетки. На углу полицейский уронил мужчину и пинал его ногами. Полицейский прервался, задумался, вспомнил, как говорить, и сказал: Он, как обычно, стал чуть выше ростом, и, как обычно, что-то хрустнуло, и в ногах у полицейского не осталось ни одной целой кости.

За поворотом мужчина ел мясо, завернутое в булку, засунутую в мясо. Левой рукой он пихал мясо в рот, а правой рукой бил женщину. Нинель сказала, что так теперь всегда будет. А мы пошли дальше. На перекрестке женщина душила ребенка и очень подробно объясняла, почему этот маленький ублюдок неправильно живет и у него никогда ничего не получится. Циклоп щелкнул пальцами, что-то подбросил, как-то метнулся вбок, в холодном воздухе повис неясный запах, сверкнули частицы чего-то хитрого, женщину заколотило, и она перестала.

Нинель поболтала рукой в кармане и дала ребенку совсем уж крохотный пирожок с начинкой из дынной жвачки и веры, что никогда не умрешь. Мы шли и шли, и у какой-то ямы ребенок искал, где у кошки глаза, чтобы выдавить. А я тебе за это расскажу сказку. Сказка про Антона Всегда найдется добрая близорукая душа, сплюнет и скажет: В конце марта один мужчина выбросил в мусоропровод двухлетнего внука своей любовницы.

Соседи выбежали на рев и вызвали кого надо, мужчину нашли, надавали ему слегка по морде, и сыщик с длинной, похожей на кишечник улыбкой, включил запись. Я решил не обрабатывать ее литературно. Только выкинул наводящие вопросы. Пусть будет, как было. Мужчина смотрел прямо в камеру, запинался, закрывал глаза и сглатывал, и говорил вот это, дословно: Анна Петровна пошла ребенка укладывать.

Точнее, было непонятно, кто кого укладывает, она его или он ее. Она была очень сильно пьяная. Потом я сел в большую комнату смотреть кинофильм. Ребенка отнес к бабушке. Но он начал бегать. Водки у меня оставалось где-то ноль семь. Ребенок вроде угомонился, потом обратно прибежал бегать. Я ему два раза сделал замечание. Потом я его нечаянно. Я потом хотел его просто встряхнуть, но он у меня вырвался.

Потому что он был. В маечке и трусиках и упал навзничь. Это в большой комнате у меня. А там у меня ковер и дальше ковра идет паркет уже. И я нечаянно — я сделал это не специально — я испугался — я увидел, как ребенок качнулся головой назад и захрапел. Я его поставил в большой комнате и начал приводить его в порядок. И он замолчал, ребенок. И я по состоянию аффекта, я не знаю, как это произошло, решил избавиться от ребенка.

Я открыл две двери и аккуратно вынес ребенка к мусоропроводу. И кинул его туда. Потом пришел домой, схватился за голову — что я натворил — чуть с ума не сошел. Я правда решил, что ребенок уже погиб. Все они жили на острове — чуть-чуть домов, полтора завода и туннель на большую землю. Бабушке Анне Петровне было только сорок с чем-то, молодая совсем.

Спьяну она всегда плакала, раздевалась перед зеркалом и мяла груди, рассматривала тело, все его складки и волоски, и плакала, что молодости вообще не было, а были какие-то вонючие прыжки и повороты, и все закончилось островом. Анна Петровна любила своего мужчину — он был моложе и драл ее как молоденькую. Но у него был щенок ротвейлера, очень шумный, и мужчина выбросил его в окно, и тоже потом плакал, они потом вместе с бабушкой плакали, она голая, а он в брюках.

У ребенка того была и мать, не только бабушка. Таня родила в пятнадцать, от мелкого и тупого, который, впрочем, любил ее, девочку. Работала в магазине, в винном отделе, пенсионеры называли ее проституткой и брали в долг. Когда ей сообщили, Таня упала на пол и закричала, глаза у нее стали как снег с кровью. Она очень хотела к сыну, в больницу, но надо было работать с девяти утра до одиннадцати вечера, каждый день, иначе вместо нее посадят таджичку. Поэтому в больницу Таня не пошла, и в реанимации не знали даже, как ребенка зовут — Антоном — знали только про все его ушибы и переломы, а как зовут, не знали.

А моего мужчину не вернешь! Его засадят лет на десять, маленького моего. Когда сын сдохнет, совсем никого не будет. Потом бабушка стала плакать и извиняться, потому что все-таки очень любила и внука, и дочь. На суде мужчина совсем обмяк и рассказал, как двадцать девять лет назад сделал из тетрадного листа кораблик и пустил по ручью. Это не записывали и почему-то даже не слушали. Мужчина тогда сказал, что признание вырвано пытками, что ребенок сам открыл две двери и прыгнул в мусоропровод, маленькие дети могут многое.

Вот так заснешь у телевизора и проснешься преступником. Я тоже был на том суде и обещал говорить только правду. Все так и было, кроме кораблика — это мое воспоминание, это со мной произошло, а все остальное — с ними, с этими островитянами. В магазине теперь сидела тощая таджичка, ей платили в два раза меньше, чем Тане, она плохо понимала слова и знаки, зато ее можно было положить на пол в подсобке или вовсе уволить, и она смолчит.

В больнице Таню встретил очень молодой, но совсем беззубый врач. Еще на острове был такой неприятный человек — притворялся слепым и с этого жил. Когда он и правда ослеп, он уже не просил денег, только бродил у моря и бормотал: Бог, бомба Если родился слепым или слепым притворился, если просто закрыл ненадолго глупые глаза, мир становится ясней, а, впрочем, нет, не становится.

Но вот иногда собираются люди, наливают и выпивают, и делятся дорогим, и прячут бесценное, ну просто нормально так общаются, и входит некто новый, и за ним тащится тишина. Глаза у нее были такие же, как волосы: Щеки были такие же, как руки: А голос был как скрип ящика, который она тянула, как бык плуг. И если вы думаете, что у вас тут плохой район, так представьте, что нет никакого района, а есть бараки по эту сторону и бараки по ту.

А посередине топь, и дочка соседки там уже утопла. Но у отца был жар, ему снились кожаные медведи, мать слизывала пот с его висков, а мне сунула денег и велела идти. Мне было четыре, я уже знала буквы, но не знала, что ими можно убивать. Я взяла деньги и пошла за таблетками, и утопла по пояс, но выбралась, не помню как, помню только холод снизу, но выбралась, не помню как, разбрызгивая грязь, и вернулась домой без денег и без всего, и тогда мать заплакала, а отец плюнул на пол кровью, медленно снял ремень и велел подойти поближе.

Вот она в ящике. Я уехала хоть немного побыть красивой, ногти и все такое, а когда вернулась — ключ не влезал в скважину. Он ушел от меня, он остался за дверью, ушел, остался там со своими суками, тысячей сук, слушал, как я ору и ломаю дверь, но нам как раз новую поставили. Я была ему всем, я засовывала в себя баклажаны, чтобы ему понравилось, я слизывала пот с его висков, я орала в скважину, чтобы вернулся, я выдирала из двери глазок, а ногти мне сделали, кстати, очень хорошо, но дверь нам поставили лучше.

Он вызвал ментов и сказал, что его любовница ебанулась. Просто бутылка и провода. Я качала его миллион минут, пела ему про солнышко всякое, а он морщился, еще ни во что не врубался, но морщился, ненавидел меня и орал. И он болел, так болел, годами болел, и я слизывала пот с его висков, и однажды увидела, что я старая совсем, а он продал все мои платья, чтобы чем-то убиться, и, когда ему стало окончательно плохо, он послал меня за таблетками, послал меня за таблетками, послал меня за таблетками через болото.

Тот старик с мертвого завода сказал: Ты сорвал яблоко — живи. Ты собрал меду — живи. Ты принес тарелку — живи. Ты умеешь только врать и насиловать — сдохни, тварь, сдохни! Будем скрещиваться друг с другом. Будем плодить только хороших. Но вот моя бомба. Он продал ее за бутылку, блок сигарет и поцелуй в губы. И тогда человек погладил ее по седым с янтарем волосам, и она заплакала, а он сказал очень строго, что ничем не может помочь.

И она ушла, а прочие сели и стали слушать. Атомы состоят из ангелов Не тот бездельник, кто сидит без дела, а тот, кому делать нечего. Когда-то кто-то пососал карандаш, почесал в штанах, начертил квадрат и построил город из пятиэтажек. Потому что если атомная война, то взрыв повалит небоскребы, а пятиэтажки не повалит. Что осталось пустым, равномерно истыкали тополями. Дома стояли, тополя цвели, а бомба так и не упала, и все состарилось в ожидании конца света.

В одном таком доме жил один такой парень Саня Светлов. Пробовался то грузчиком, то кладовщиком, то паковал сигареты в пачки, но все было не то. Родители кормили его и давали смотреть телевизор, а он годами гулял по району с бутылкой самого дешевого пива и ждал нужного поворота судьбы. Все вокруг работали и угрюмо смеялись над бездельником Саней, в глазах у них было спокойное знание жизни, а он ходил никакой.

У Сани был главный друг, ядерщик Руслан. Он-то знал, чего хочет. В школе ковылял с тройки на тройку, но в старших классах полюбил физику, стал лучше всех хоть в чем-то, пошел на физфак, запил и был исключен со второго курса. Атомы состоят из ангелов. Меж двух домов, у трансформаторной будки с нарисованным добрым солнцем, была детская площадка, где все выпивали, вот и Саня с Русланом. Раньше был еще третий в их компании, Тимофей с маленькими, как бы заросшими лишней кожей глазами.

Он пропал года на три, а потом подошел к ним и злобно сказал: Проснешься, а рядом опухшая рожа. Саня Светлов навсегда запомнил эти слова. Годы проходят, как зубы: Однажды Сане Светлову исполнилось сколько-то лет и он все искал работу. То охранял кучу мусора на заднем дворе, но ему не заплатили, потом две недели крутился в магазине бытовой техники, но стало скучно. У меня научное мышление. Да, меня тоже отец кормит. Но ты не работаешь от безволия.

А я не работаю от того, что я ядерщик. А не как все. На следующий день рождения Саня попросил у отца сразу много денег, выпил, позвонил по специальному телефону и впервые попробовал женщину. Она была тоже пьяна и шевелилась под ним как раздавленная. Опять было раннее лето, а летом самое хорошее — запах тополей после дождя. Отцу Сани Светлова сказали, что он уволен. Вначале он стоял у конвейера и паковал сигареты в пачки, потом устроился механиком чинить конвейер, потом старшим механиком, прошла жизнь, получал нормально, только задыхался, потому что на работе выдавали четыре блока в месяц бесплатно.

У отца немного тряслись руки и болел бок, на вкус он уже не отличал котлету от хлеба, но запах тополиных почек еще чуял, или, во всяком случае, помнил. Он постоял у выхода. Понял, что жить осталось лет десять.

Recent Posts

Отзыв,чтобы вернуть свои деньги. И обратите внимание на куклу. Bop Доставка по России от 300р. Лол Интернет-магазин центрально относится к правам коллекционера. припять продаются только оригинальные куклы Лол в листе Каждый слой .

Related articles

Шарике, если можно его так назвать.

Похожие темы :

Случайные запросы